Главная Наши интервью «Эта радость со слезами на глазах»

«Эта радость со слезами на глазах»

21.06.2014
«Эта радость со слезами на глазах»

Слова из песни о великой Победе, которой посвящён майский праздник. В этот день стекался народ к обелискам, памятникам, посвящённым воинам-защитникам Великой Отечественной войны, могилам своих дедов и отцов, родственников, отдавших свои жизни за будущее своих потомков, свою родину.

Городское кладбище. Идёт процесс возложения венков к могилам павших в боях за освобождение от фашистской чумы. Знакомая трогает меня за руку, просит обратить внимание на седого высокого мужчину лет семидесяти. Завожу с ним краткий разговор. И тот факт, что он из Владикавказа в этот день приезжает на могилу отца уже 38 раз, меня просто покорил. Поняла, что я должна встретиться с этим человеком в этот же день, так как на следующий день он должен уже уезжать.

Наша встреча состоялась в доме, принадлежащем жительнице посёлка, которая, по воле судьбы, становится родственницей моему собеседнику Леониду  Васильевичу Родину (на снимке), родившемуся в 1940 году.

Вот такую историю он мне поведал. Отец его, кадровый военный, окончил до войны  пехотное училище в Ленинграде, мать - сельскохозяйственную академию им. Тимирязева в г. Гатчина. После окончания учебного заведения её направляют главным зоотехником в Карело-финский колхоз. Отца - на финскую войну, где получает ранение, и его помещают в больницу, расположенную на колхозной территории. В больнице было организовано усиленное питание для раненых бойцов, прилагались все необходимые меры, чтобы они быстрее вернулись в строй. Здесь они и встретились, родившиеся - он в Мордовии, она в Осетии, поженились. После двух месяцев проживания вместе отца отправляют  сначала в Прибалтику, а затем в западную Белоруссию, в город Брест-Литовск, где располагался военный гарнизон. Там им предоставили жильё. Но Василий Леонидович уже тогда понимал, что будет война, а они ждут своего первенца. Предлагает жене уехать подальше от границы на родину их родителей. Она выбирает село Дигара - своих родных, едет в Осетию. В ноябре 1940 года у них рождается крепкий, здоровый малыш, которого называют Леонидом, но отец увидит своего сына только в мае 1941 года, когда отпросится, приедет в кратковременный отпуск повидать свою семью. Скорее всего, это было прощание, потому что, приехав, он раздавал всем подарки. Даже снял с руки часы. Служа на границе, отчётливо понимал, что война неизбежна. Своего мнения он не скрывал. За что был вызван в военкомат для нравоучений. Мать хотела ехать в часть с отцом, а сына оставить бабушке, но отец запретил, ведь для него главной ценностью был Леонид. Единственное, что он взял с собой, это его фотографию. Через месяц началась война.

Письма с фронта, которые всегда все ждали с нетерпением. Их только три. Они до сих пор хранятся в семье дочери Леонида Васильевича. Первое получено из Бреста, написано и отправлено 21 июня 1941 года. Вот в нём такие строчки: «...Это письмо посылаю по гражданской почте, может, оно уже не дойдёт… занимаем боевые позиции». Во втором: «...Ростов заняли немцы… Вчера мы форсировали Западную Двину, оказался в воде, стал тонуть. Скинул оружие, часть обмундирования, кое-как переплыл, потом выдали всё новое. Единственным человеком, который мне помогал воевать, был сын. Его фото было в одежде, которую пришлось скинуть, чтобы выплыть. Прошу выслать фото моего сына». Последнее письмо пришло из Старой Руссы Новгородской области, наполненное оптимизмом: «...Немцев встретили достойно. Впервые использованы 100 машин «Катюша». Ещё один рывок, и хватит немцам - как пришли, так и развернутся и проиграют». Осенью 42-го пришла похоронка на отца. Ему тогда было 24 года. Единственное, что было указано: «Погиб в Ленинградской области». Его сыну Лёне тогда было 1 год и 10 месяцев.

Немцы приближались к Дигаре; женщина, понимая, что ей, как жене военного, грозит опасность, уходит в партизаны, оставляя сына на своих родственников. Его спасительницей становится её четырнадцатилетняя сестра, которая заботилась о нём и сберегла, подвергая себя опасности. Чтобы не пострадали другие жители, ей тоже пришлось с малышом уйти в лес, ведь теперь уже оба родителя были для фашистов предлогом уничтожения сына. Конечно, Леонид Васильевич всё это узнал из рассказов своей мамы, бабушки и других родственников.

Когда пошёл в школу, назвал себя по фамилии матери, она тогда была уже замужем второй раз. Но родственники со стороны матери переоформили его на фамилию отца. К его отцу Родину Василию Леонидовичу они относились с большим уважением и считали, что сын  должен с достоинством нести свою фамилию. Кроме того, у него был легендарный дед Родин Леонид Алексеевич. В гражданскую был командиром взвода Чапаевской дивизии. Когда началась война, в их семье было 12 детей. Старшим - отец Леонида. После получения похоронки на сына отец попросился на фронт. Очень хотелось отомстить за сына и помочь избавиться от фашистской нечисти. В Курском сражении был тяжело ранен в ногу и горло. В результате чего лишился не только ноги, но и голоса. Несмотря на отсутствие последнего, его выбирают председателем колхоза, где он проявляет хозяйственную жилку и талант руководителя. Пережил войну он только на девять лет.

Об отце мой собеседник думал очень часто, а когда повзрослел, начал поиски его захоронения, но ему говорили, что это нереально. Действительно, из разных инстанций приходили отрицательные ответы. Но для него поклониться могиле отца  было свято. Его стремление и огромное желание не угасали. Конечно, ориентиром было последнее письмо с указанием г. Старая Русса. Надо было поиски с чего-то начинать. Помогло  неожиданное письмо бабушки из Мордовии (матери отца). После смерти отца его друг-однополчанин написал семье письмо, что был свидетелем его смерти, и похоронили его во дворе школы д. Кушеверы Полавского района Ленинградской области. До войны в Ленинградскую область  ещё входили Новгородская, Псковская. Это и усложняло поиски захоронения.

В Ленинградской области служил их земляк Пётр Колабаев, командир полка противовоздушной обороны Ленинграда, бывший блокадник, член общества ветеранов. К нему обратились за помощью. Сначала они пошли в музей, но он был закрыт на реконструкцию. Пётр предложил идти в Ленинградский исполком. Вот тут и пригодилось его удостоверение «Житель блокадного Ленинграда». Вызвали администратора отдела, чтобы с ними поработал, но такой деревни в Ленинградской области не нашли. Это был 1976 год. Все, с кем общались, говорили, что вы ничего не найдёте. Полковник Пётр Колабаев поручил нас Георгию, работнику военкомата в Новгороде. Тут ищут и никаких следов не находят. И кто-то из работников вспоминает, что ездил на охоту в деревню Кушеверы, и объясняет, как туда добраться: «Не доезжая деревни Зайцево, поворот направо, третья деревня». Они с  двоюродным братом наняли такси и поехали искать деревню Кушеверы. Поворот проехали и оказались в деревне Зайцево. Председатель сельского совета объяснил, что зимой проехать можно, а весной и осенью проблемно. Въезжая в деревню, постучался в крайний дом спросить, где находятся братские могилы. Приближался вечер. Его поразил закат. Он был какой-то особенный, согревающий душу и вселяющий надежду. Это он выразил в таких словах: «Я как-то почувствовал, что отец здесь, и я его найду. Мы поднялись на пригорок, у входа слева находились братские могилы. Искали нужную нам фамилию, но не нашли. Конечно, расстроились, ведь путь наш не близкий, более двух тысяч километров. Вдруг откуда-то появилась старушка, я к ней с вопросом: «Может, где ещё могилы есть?» Она нас отправляет к учительнице Кушеверской школы Антонине Васильевне Матвеевой, которая в ту пору вела с детьми большую краеведческую работу. Нас встретила очень приветливая женщина. Из её рассказа мы поняли, что школу в войну эвакуировали в Горбуново и только в 1944 году она вернулась в родную деревню. Но как-то приезжали военные и сокрушались, почему захоронения на её территории сравняли с землёй, там были похоронены два человека. Неужели люди воевали, чтобы быть неизвестно где? Она с детьми стала искать захоронения шомполом от пулемёта, прокалывая землю, но безуспешно. Ничего не находили. Один дед, следя за их поисками, показал место, где надо искать. То ли в шутку, то ли всерьёз сказал: «Там зимой зайцы сидят». На другой день в этом месте стали опускать шомпол и во что-то упёрлись. Выкопали. В одном гробу были положены два тела. Дальше - звонок в Крестецкий военкомат. На следующий день приехали на двух автомобилях и увезли найденные тела, а где перезахоронили, ей неизвестно. Приближалась ночь, когда мы направились на этом же такси в Крестцы. У водителя такси отец тоже погиб и захоронен в Молдавии. Но на поиски у него так и не хватило решительности и времени. Когда у гостиницы в леспромхозе мы стали с ним рассчитываться, он от денег отказался, сказав, что они ему дали хороший урок и пример, который дороже любых денег, пообещав в ближайшем отпуске заняться поисками захоронения своего отца. В гостинице, несмотря на позднее время, нас встретили гостеприимно, согрели чай. Утром мы были уже в военкомате. Военкомом был И.Ф. Беляев. Обратились к нему за помощью, сказав, что следы захоронения ведут в Крестцы. На что он ответил: «Помощь! Это наша обязанность». Выделил нам работницу, которая приносила разные списки. Просидев три часа, мы так и не нашли в них фамилию моего отца. Затем брат предложил пойти на самое близлежащее кладбище и помянуть, ведь такой путь проехали. Женщина сопроводила нас на Городское кладбище в Крестцах.

Брат с сопровождающей пошли по ряду читать фамилии захороненных воинов, я остановился у первой слева, читаю: Родин Василий Леонидович. Всех зову посмотреть, а сам не верю своим глазам. Это в последние минуты поиска. Наверное, меня отец вёл к себе на могилу. Сделали фото у мемориальной доски. Потом мы вернулись в военкомат, чтобы удостовериться, он ли это. В списках перезахороненных находим не только фамилию, имя, отчество, но и звание, награды, должность. Вот так мы встретились через 35 лет - отец и сын. Уже 38 лет 9 Мая происходит наша встреча».

Леонид Васильевич привозил с Кавказа дочерей, сына, внуков, племянников, брата отца из Саранска, друзей. Для Родиных наш посёлок Крестцы стал маленькой родиной и местом встречи большой родни. Ведь даже корень в их фамилии «род», и они несут её достойно.

Вот такая история, служащая примером сыновнего долга, показывающая почитание и уважение к своему роду. Становится обидно за тех, кто, живя рядом со своими умершими предками, имея на то физические силы, даже до кладбища не дойдёт, показывая  такой пример своим детям и внукам. А как хочется, чтобы никто не был забыт…

Е. Чегарева

 

Комментарии (0)

Фотогалерея

архив новостей

Подписка

Поделись новостью

Каталог организаций